"Голгофский Крест"

Джесси Пенн-Льюис

 

Назад Содержание Дальше

ГЛАВА 9. РАСПЯТ ДЛЯ МИРА

"То и Иисус, дабы освятить людей Кровию Своею, пострадал вне врат. Итак выйдем к Нему за стан, нося Его поругание" (Евр.13:12-13).

"А я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа, которым для меня мир распят, и я для мира" (Гал.6:14).

Глядя на мир со стороны воскресения Голгофы, Апостол еще раз видит крест с его разделяющей силой, отделяющей его от мира. В свете, который Бог проливает на Голгофу, Апостол восклицает: “А я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа”.

Апостола побуждало к этому восклицанию воспоминание о тех, которые хотели избежать преследований ради креста. Крест был особым образом камнем преткновения в дни Павла. Он предлагал полное и абсолютное избавление всем людям, Иудеям или язычникам, не требуя внешних обрядов обрезания. Но такой подход к вопросу означал конец иудаизма с его исключительностью, с его особенностью и с его плотскими заповедями. О, Дух искал Себе поклонников, которые будут поклоняться Ему в Духе и истине, которые принесут Ему духовную жертву хвалы в духовном храме сердца.

Вполне естественно, что Павел счел необходимым проповедовать такое Евангелие, хотя проповедь эта всюду вызывала возбуждение и благоугодна была более Богу, чем людям.

Но еще более “Я распят со Христом” – с этим призывом Павел обратился к религиозному миру. Когда он проповедовал крест, который открыл ему Господь, то он, Павел, увидел, что крест Его “был орудием распятия его, Павла, как и он, Павел, был орудием распятия Христа” (Лайфут). “Фактически я потерял уже все, но Бог сохранил меня от того, чтобы я стал воображать о себе что-либо на основании моих страданий за Христа; лучше я буду хвалиться Его страданиями за меня” (Лай-фут). В свете всего того, что означала для Апостола Павла Голгофа, страдания за крест являлись для Павла высочайшей славой. “Да сохранит меня Бог от того, чтобы я чем-либо хвалился, кроме одного креста Христова; на этом кресте я распят для мира и мир распят для меня. С этих пор, когда совершилось это распятие, мы мертвы друг для друга. Во Христе Иисусе древнее прошло, поэтому и обрезание и необрезание ничто, но новое духовное творение есть все и во всем” (Лайфут).

Этот взгляд на Голгофу я приобретаю, однако, на жизненной стороне креста, который во свете Божием выступает передо мною во всей своей славе, как единственная мудрость и сила.

Вначале мы со страхом отступаем перед этими требованиями креста; мы бы хотели только, чтобы он свидетельствовал нам только о том, что мы спасены через Него от смерти. Однако, когда душа ходит в тесном общении с Живым, смерть ее на Голгофе освещается небесным светом, и тогда взор наш может все более проникать в глубины страданий Христа и в славу, на которую и Ангелы взирают с трепетом.

Крест Павла является одновременно огромной пропастью, которая пролегает между ним и всякой формой проявления этого порочного мира. Быть распятым со Христом – это значит не только освободиться от тирании греха и требований закона, но и от мира во всех отношениях.

Господь Иисус Христос умер, “чтобы избавить нас от настоящего лукавого века” (Гал.1:4). Он умер, чтобы спасти нас от воздействия властей тьмы (Кол.1:1), помня, что “наша брань не против крови и плоти, но против начальств, против властей, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесных” (Еф.6:12). Бог спас нас от них и поместил нас в Царство возлюбленного Сына Своего. Итак, мы распяты для мира, а не только для мирских дел или путей его, но, главное, для самого мира. Распятые со Христом, мы должны ожидать, что мир будет смотреть на нас, как он смотрел на Него, когда Он висел на кресте. Оставаясь с Ним на кресте, мы должны рассматривать мир, как Он рассматривал его, и в духе распятого Иисуса мы должны молиться за тех, кто еще хочет пригвоздить нас ко кресту.

Чтобы иметь возможность рассматривать мир в свете креста, пойдем еще раз на место, называемое Голгофой, и оттуда посмотрим на элементы, противящиеся Духу Святому, которые образуют “настоящий лукавый век”. Посмотрим также на тех, которые соединились со Христом и которые ожидают того, что они будут царствовать с Ним во славе Его и будут царями и священниками.

“Войны же, когда распяли Иисуса, взяли одежды Его... и так сказали друг другу... и бросали жребий, чтобы узнать, кому они должны принадлежать” (Ин.19:23-24).

В четырех войнах, которые у подножия креста бросали жребий, мы легко распознаем сторону человеческой природы, которая так бесчувственна к страданиям других и которая стремится из всего извлечь выгоду, что только попадает в сферу ее досягаемости.

О, как велико сегодня число тех, которые прообразно представлены теми, кто распинал Господа! Они обычно говорят: “Будем есть и пить, потому что завтра умрем”, и совсем не думают о том мгновении, которое выходит за пределы их физических потребностей.

Как бывает больно душам, которые добровольно распялись со Христом, которые способны сострадать другим, когда они встречаются с этими элементами в этом злом и развращенном мире! Горе всем тем, которые находятся в их власти!

“Подобно и первосвященники... насмехаясь, говорили: других спасал, а Себя Самого не может спасти! Если Он Царь Израилев, пусть сойдет со креста и уверуем в Него” (Матф.27:41-42).

Есть также “благочестивый”, “религиозный” мир, который отвергает крест Христа. Это те, которые не готовы последовать за распятым Господом. Это те, которые занимают первые места и самые высокие должности, которые любят, чтобы их приветствовали на площадях и улицах; это те, которые любят, чтобы люди называли их “учителями” (Матф.23:6-7). Это те, которые “дела свои делают с тем, чтобы видели их люди” (Матф. 23:5). Этот религиозный мир не любит креста, хотя в 20-ом столетии он носит имя Того, Кто был распят и умер на кресте. Любовь и стремление к власти, а также жажда слышать похвалу и славу от людей так противны духу креста!

“Проходящие злословили Его, кивая головами своими и говоря: Э! разрушающий храм и в три дня созидающий! Спаси Себя Самого и сойди со креста!” (Марк.15:29-30)

Пестрая толпа теснится у креста, проходя мимо, присоединяясь к общему ликованию и зову. Это толпа на Голгофе уподобляется стаду овец, у которого есть пастырь. Она видит настроение вождей и позволяет увлечь себя настроением минуты, часа. Это толпа, проходя мимо креста, поносит Распятого и вспоминая слова, которые некогда произносил Распятый, извращает их смысл.

Войны и разбойники, первосвященники, старейшины и книжники были единодушны с этой толпой в этот ужасный день. Благочестивые и религиозные люди, грубые солдаты, преступники и светские люди – все забыли рамки, которые прежде отделяли их друг от друга, все они тогда объединились против Голгофы. Один и тот же возглас раздавался из их уст: “Если Он Христос, избранный Божий, то пусть спасет Себя Самого!” Крест явился для них доказательством того, что Христос не Сын Божий. О, если бы Он дал им сейчас сверхъестественные знамения, то они уверовали бы в Него! Еще не было слишком поздно для того, чтобы Он доказал, что Он Мессия. “Сойди со креста!” – большего они не требовали.

Так происходит и сегодня. Все элементы нынешнего злого мира объединяются на Голгофе. Плотской элемент, мудрецы этого мира, преступники, христиане по имени соединяются с особыми силами зла для великой борьбы против креста. Против них выступают лишь те, которые стоят у креста Иисуса, их маленькая группка, но которых проповедь о кресте запечатлевает как “распятых для мира”. Крест является средством распятия их, как он был орудием распятия Его. И теперь крест открывает вторично свою разделяющую силу. На Голгофе нет нейтральной почвы.

Если бы в тот день мы стояли у креста Иисуса, сказали ли бы мы тогда: “Поношение креста должно быть моей величайшей и высочайшей славой”? Согласны ли мы добровольно взять на себя крест и подвергнуть себя проклятию мира? Согласны ли мы отделиться от широкого мира, от мира с его вожделениями, с его интересами, с его себялюбивым духом, с духом самопрославления и эгоизма? Согласны ли мы выйти из религиозного мира, который почитает себя благочестивым , поскольку в нем заявляют о себе “элементы мира”, которые хотят разделить нас с Господом? “То и Иисус, дабы освятить людей Кровию Своею, пострадал вне врат. Итак выйдем к Нему за стан, нося Его поругание” (Евр.13:12-13).

Элементы мира в христианской жизни

"Итак, если вы со Христом умерли для стихий мира, то для чего вы, как живущие в мире, держитесь постановлений" (Кол.2:20).

Верующие в Галатах оказались в опасности снова начать уповать на дела закона. Верующие же в Колоссах оказались в другой опасности: они могли оставить Христа через “философию” и заповеди человеческие, которые Павел называет обольщением этого мира.

И для верующих в Галатах, и для верующих в Колоссах у Павла одна и та же весть – весть о Голгофе.

Павел отнюдь не хотел присоединять еще своего голоса к проявляющемуся в Колоссах беспокойству, ибо он видел, что колоссяне и так оказались в полном замешательстве через постановления и учения людей, потому что многие осуждали их “за пищу, или питие, или за какой-нибудь праздник, или новомесячие, или субботу” (Кол.2:16).

Заметим, однако, что все эти внешние дела, которые в эпоху закона были “тенью будущих благ”, теперь уже обладают совсем ничтожным значением. Апостол Павел возвращает колоссян на Голгофу и говорит им: “Если со Христом вы умерли для стихий мира, то для чего вы, как живущие в мире, держитесь постановлений?” Почему вы возвращаетесь опять к детским постановлениям о внешних делах и подчиняете себя правилам, которые установили для вас другие? Пусть “никто да не обольщает вас самовольным смиренномудрием и служением Ангелов, вторгаясь в то, чего не видел, безрассудно надмеваясь плотским своим умом” (Кол. 2:18). Почему бы вам не держаться твердо “главы, от которой все тело, составами и связями будучи соединяемо и скрепляемо, растет возрастом Божиим” (Кол.2:19).

Если вы умерли со Христом, так что вы соединены с Ним теперь как со своей жизнью, то почему же вы возвращаетесь теперь к тем, которые говорят вам: “Не прикасайся”? Все эти внешние дела и вещи, все это “истлевает от употребления”. “Пища не приближает нас к Богу: ибо, едим ли мы, ничего не приобретаем; не едим ли, ничего не теряем” (1Кор.8:8).

Павел открыто говорит, что всякий аскетизм имеет только вид мудрости и, удаляясь от ясных заповедей Божиих, является только “самовольным смиренномудрием”. Все это “имеет только вид мудрости в самовольном служении, смиренномудрии и изнурении тела в некотором небрежении о насыщении плоти” (Кол.2:23).

Колоссяне умерли вместе со Христом для всех этих постановлений мира – элементов, которые были ничем иным, как постановлениями и заповедями человеческими, последствиями огромного самообмана, ибо люди вообразили себе, что таким образом они смогут сами победить. Колоссяне с такими настроениями не могли быть последователями Христа. У них не было истинного обрезания, обрезания сердца. Если они действительно распялись с Ним, и затем воскресли для новой жизни, то они не должны поступать так, как будто они живут в этом мире.

Если они распялись со Христом и воскресли вместе с Ним, то твердая вера в этот факт должна была вооружить их непобедимой силой – силой воскресения Христа. Поэтому вместо того, чтобы заниматься вопросами внешних дел, вместо того, чтобы вопрошать, должны ли мы делать то или это, они должны были бы помышлять более о горнем, “где Христос сидит одесную Бога”; “о горнем помышляйте, а не о земном. Ибо вы умерли, и жизнь ваша сокрыта со Христом в Боге” (Кол.3:1-3).

“Ибо вы умерли, – повторяет Апостол, – и жизнь ваша сокрыта со Христом в Боге”. Они были освобождены от ветхой жизни, чтобы иметь часть в жизни Христа. “Итак умертвите земные члены ваши”, – подчеркивает Апостол; только тогда колоссяне смогут постичь тайну жизни в Боге и освободиться от вожделений и склонностей своей плоти.

Опасности, которые угрожали верующим в Колоссах, те же, что и сегодня. Часто, даже очень часто, они скрываются под именем “освящения” и “полной отдачи Богу”.

Мирские христиане, которые легко противоречат друг другу, не так легко попадают в эти сети. Но те, которые самоотверженно хотят следовать за Господом, довольно легко и часто попадают под влияние “человеческих постановлений”. На них большое влияние оказывают люди, которых они считают особенно великими в труде для Господа.

Крест Христа особенно является вестью и средством спасения для всех. Давайте с полным сердцем и полной отдачей сораспнемся Христу; нам не нужно будет долго ожидать, как мы увидим, что мир распят для нас и мы распяты для мира. Мир потеряет для нас свою силу притяжения и свою способность влиять на нас в нашем хождении за Господом.

“Ибо все, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская, не есть от Отца, но от мира” (1Ин.2:16). Если мы распялись со Христом, то мы победили мир, ибо “Тот, Кто в вас, больше того, кто в мире” (1Ин.4:4).

Крест – основание общения

"...стали близки Кровию Христовой. Ибо Он есть мир наш, соделавший из обоих одно... упразднив вражду Плотию Своею... дабы... примирить обоих с Богом..." (Еф.2:13-16).

Если Голгофский крест является разделяющей силой, отделяющей дитя Божие от мира, то одновременно он является также и силой, объединяющей всех, которые стали близки Богу посредством драгоценной Крови Иисуса Христа.

На жизненной стороне креста искупленные Кровью Христа дети Божии должны чувствовать единство со всеми, которые “во Христе Иисусе”. Весть о Голгофе достигает грешника как основание его примирения с Богом. Одновременно, однако, ее следует настойчиво провозглашать как основание общения человека с человеком, т.е. как основание общения друг с другом исповедующих Иисуса Христа учеников.

Весьма необходимо, чтобы мы знали, что все разделения между истинными детьми Божиими можно объяснить только “постановлениями мира”, для которых, однако, они умерли вместе с распятым Господом. Если в нашей жизни мы вынуждены терпеть нечто, от чего Христос уже прежде освободил нас Своей смертью, то фактически мы повинны в практическом отрицании действенности Христа.

Апостол Павел, принадлежащий некогда к самой исключительной секте Иудеев, ясно сказал, что смерть Христа упразднила всякие преграды между теми, кто служит одному и тому же Господу. С той же ревностью, с какой он некогда пытался истребить учеников презираемого им Назарянина, он пытается теперь служить Ему, с той же ревностью теперь он полностью отдал себя Распятому для того, чтобы Он полностью господствовал над ним, с той же ревностью он проповедовал теперь с непобедимой силой убежденности веры Спасителя мира. (Гал.1:23).

Слово о кресте совершило полнейший переворот в его жизни. Он отверг все свои прежние представления, которые он так ревностно отстаивал, отверг так, как будто они никогда прежде не существовали. Он отверг полностью свои прежние национальные предрассудки, свою национальную гордость, свою сектантскую надменность.

Крест, являющийся воротами к новой жизни, является теперь постоянной темой проповеди Павла. Когда он писал свое послание колоссянам, он с особым ударением подчеркивал, что если они умерли вместе с Тем, Кто умер за них, то отныне они живут в новой сфере, где уже нет земных различий и разделений, “где нет ни Еллина, ни Иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, скифа, раба или свободного, но все и во всем Христос” (Кол.3:11).

“Ибо все мы одним Духом крестились в одно тело, Иудеи или Еллины, рабы или свободные, и все напоены одним Духом”, – писал Павел вторично, обращаясь к коринфянам (1Кор.12:13).

Иудеи называли Еллинов “необрезанными”; это разделение между ними состояло исключительно во внешнем соблюдении закона Моисея и жертв, совершаемых левитами, которые были установлены Самим Богом до тех пор, пока не пришел Иисус Христос, т.е. в соблюдении всего прежнего, как некоторой совершенной и всеобъемлющей жертвы за грех, за грехи народа.

Павел говорит, что Христос упразднил “вражду Плотию Своею, а закон заповедей учением, дабы из двух создать в Себе Самом одного нового человека, устрояя мир” (Еф.2:15). Это значит, что из Иудея и из Еллина Он хочет создать нового человека, устрояя мир; ибо и Иудей, и Еллин умерли вместе с Ним, когда стали близкими Богу через Иисуса Христа. И Иудей и Еллин примирились с Богом в теле плоти Его; так Христос упразднил вражду “Плотию Своею” на кресте.

О, славная весть о Голгофском кресте, на основании которой родилась Христианская Церковь! О, блаженная свобода, обладая которой мы радуемся и в 20-ом столетии! Ибо через Голгофский крест, который так чудесно открыл воскресший Господь Павлу, а также через исполненную глубокой веры проповедь Апостола Павла о кресте, мы, язычники, сделались “сонаследниками, составляющими одно тело, и сопричастниками обетования Его во Христе Иисусе” (Еф.3:6) посредством благовествования Евангелия.

Однако в истинной Церкви Христа, носящей Его имя, наблюдаются и сегодня между детьми Божиими те же преграды, которые наблюдались и в дни Апостола Павла между Иудеями и Еллинами!

“И пришед, благовествовал мир вам, дальним и ближним” (Еф. 2:17), – писал Павел, обращаясь к Ефесянам. Воскресший со знамениями креста на руках, Он, умерший, чтобы из всех народов, племен и языков “создать в Себе Самом одного нового человека”, Сам приходит к нам с вестью мира.

О, если бы и сегодня Он пришел к Своему народу с этой радостной вестью! О, если бы и сегодня Он показал нам Свои руки и Свой бок и сказал нам: “Мир вам!” О, если бы сегодня все части, на которые разделились живые члены Его Церкви, соединились в одно Тело посредством креста Его!

Все книги

Назад Содержание Дальше