"ПАРАДИЗ. Том 1. Тайны прошлого"

Владимир Имакаев

 

Владимир Имакаев. Книга ПАРАДИЗ. Том 1. Тайны прошлого

Назад Содержание Дальше

Глава 12. Предательство

Виталик не мог поверить в эту безумную историю.

— Надеюсь, теперь ты понимаешь, почему мы не любим новичков? — Света все еще не могла поверить в то, что сейчас они открыли самую страшную тайну своему врагу.

— О, Господи, что вы наделали! — все, что смог произнести Виталий.

— Да он что, богомольный еще ко всему? — Света, которая смешно смотрелась в халате Регины Васильевны, не переставала удивляться.

— Что мы наделали? — Олег знал, что этот парень не случайно в их городе, и только он сможет помочь, но вот только — как…

Виталик стал расхаживать по комнате. Картина в его голове словно части головоломки постепенно складывалась воедино. Ему стало понятно, что за монстр вылез из Ирины, и как было совершено нападение на Олега… Но как объяснить, что его собеседники совершили самую страшную вещь — кровную клятву о продаже своей души. Да, он христианин и его долг спасти их души, но новой встречи с монстром, подобным тому, что “мирно” жил в Ирине, он больше не хотел.

— Виталик, чего ты молчишь? — Олегу нетерпелось узнать мнение нового друга.

— Да оставь ты его, он тоже нас психами считает, — Света встала и, махнув рукой, пошла проверить все ли окна закрыты — откуда-то дуло грозовым ветром и не хватало, чтобы пошел дождь.

— Не переживай Виталик, мы сами до конца не верим, что все это с нами произошло, — подала голос Ирина, — мы на тебя не в обиде.

— Слушай, мне вот что интересно, как ты стала такой? — Света вспыхнула от негодования.

— Какой?

— Да такой: “Мы на тебя не в обиде”, — передразнила та подругу. — Теперь вы говорите, что произошло! Вы мне обещали!

— Я не помню, — Ирина развела руками, и поменяв позу, кивнула головой, давая знак, чтобы Света лучше спросила у Виталика.

— Виталик, так что ты сделал с нашей стервой? — она уже улыбалась.

— Я освободил ее от беса, которому она продала душу, или дракону, если вам так понятней, — Виталику было не до шуток, он даже не мог сказать им это в лицо, чтобы их реакция не уничтожила уверенность в том, что он должен им помочь.

— Ты избавил ее… от дракона? — Олег даже встал с постели.

Ирина не знала, как себя вести. Испепеляющий взгляд Светы… Радость Олега… Странный, не похожий на других Виталик, спас ее?

— Сегодня на лестничной площадке твоего дома я впервые встретился с тем, что мне всегда казалось сказочной частью Библии. Страшное и неописуемое существо боролось за право обладания ее телом…

— И что? Кто возобладал над телом? — Света была сущая язва.

— Я, — выдавил из себя Виталик, а после добавил, — с Божьей помощью.

Света рассмеялась, она то и дело повторяла “с божьей помощью”, “возобладал”.

— Боже, где ж вы такого психа нашли? — но, увидев, что ни Ирина, ни Олег не смеются, хмыкнула и продолжила другим тоном. — Хорошо! Если он и вправду это сделал, то капец всем вам, тебе Ирина в первую очередь! Саня и остальные сбежали, оставив как всегда носки и все остальное на память КГБ. Так что, они скоро будут тут и тебе предательства не простят!

— А чего ты меня пугаешь? — Ирина вдруг стала похожа на себя — прежнюю. — Я не собираюсь ни прятаться, ни убегать, а если я больше с вами не в одной упряжке — меня это только радует.

— Смотри сама, подруга, шестеро против тебя одной — незавидное соотношение, — Светлана не могла взять в толк, как этот невзрачный паренек смог сделать то, о чем они боялись мечтать на протяжении трех лет — победить дракона в себе.

— Не шестеро, а пятеро — я на Ирининой стороне! — замечание Олега все еще прикованного к постели и с перебинтованной головой, звучали просто смешно. — Я тоже хочу свободы, ты поможешь мне? — обратился он к Виталику.

Виталик конечно же хотел помочь, но потребовалось огромное усилие, чтобы выдавить согласие. Он сомневался, что сможет повторить свой сегодняшний подвиг. Света же не могла найти себе места: она перескакивала со стула на стул, приводила запугивающие доводы, почему этого не стоит делать, что лучше просто смириться…

— Мне кажется, твой дракон боится, что его выселят? — прокомментировал Олег. — Знаешь, мой тоже, я чувствую нарастающее чувство боязни обидеть его, но мне надоело быть его рабом.

Олег сделал усилие и встал с постели.

— Мне надоело быть прислужником Саши, надоело мучить людей, надоело то, что я не могу быть тем, кем я хочу. Я словно марионетка — по первому зову бросаю все и бегу. Неужели ты не понимаешь, что это все ненормально.

— Что именно? — Света пошла в атаку. — Быть не такой как все девчонки и ни с кем не дружить, только потому что большинство против, чтобы мы заводили новых друзей. А может ненормально каждый раз резать свои руки для того, чтобы слиться в единое, ненормально парить в воздухе полуодетой, потому что я теряю всякий контроль над собой и разрываю одежду в клочья, — она все повышала и повышала тон и подходила ближе, — а может ненормально пугать родителей внезапным исчезновением посреди ночи. Я знаю! Это все ненормально, но почему-то именно ты первый вошел под знамя “свободного дракона”. Да если бы не ты, я бы в жизни не пошла в ту хижину.

— Света, прости, — Олег был ошарашен.

— А что теперь? Теперь уже ничего не сделаешь, ты знаешь, какую силу имеет Саша от призрака…

— Минуточку, — Виталик потерял нить рассказа или ему не все рассказали, — какого еще призрака?

— Того самого — Арбахана, “Свободного дракона”, Иногда он входит в Саню, это ужасное зрелище, — ответил Олег.

— Я бы не хотела его злить и предлагаю просто сдаться! — Света подошла к окну и пристально посмотрела на разыгравшуюся за окнами грозу. — Ты думаешь эта гроза спроста?

— Я помню, точно такая же была, когда Саня мстил Татьяне. — Ирина решила больше ничего не скрывать от Виталика. — Саня влюбился, она пару раз сходила с ним в кино, потом они встречались, может, пару месяцев… Поверь, за эти месяцы мы не разу не были в той хижине, ни одного жертвоприношения…

— Жертвоприношения? — Виталик все больше и больше удивлялся тому, насколько глубоко ввязались его новые друзья в оккультизм.

— Это была всего лишь кровь животных, мы их просто ловили, а убивал Саня, — Олег сказал об этом, будто все так и должно быть, и продолжил Иринин рассказ. — И вот мне стало казаться, что наш Саша — прежний! Славный парень возвращается, а про Арбахана мы забудем навсегда.

— Она его предала! — это был явный намек Светы на то, что Саня, как и Арбахан, предательств не прощает.

— Да, она стала встречаться с парнем из параллельного класса и Саня убил их обоих.

— Кто? — Виталик не мог поверить, что шестнадцатилетний парень может попросту прикончить двух сверстников и спокойно жить дальше.

— Может Арбахан, а может Саня, наш рыжеволосый атаман… убил их, не прикасаясь и пальцем — он проклял их.

С одной стороны все это так похоже на бред… А с другой на розыгрыш, может его проверяют. Знают, что Виталик христианин, вот и подкалывают. Пугают нечистью и всем остальным. Но как они смогли это сделать? Что тогда было с Ириной?

Нет! Он запутался…

Да и вообще, почему именно он? Он ведь простой парень и почему Бог поместил его сюда, ведь есть более духовные люди. Он прекрасно помнил мужчину, который посещал их тайное собрание христиан в Петербурге и не раз был вызволяем ангелом из тюрьмы, где сидел за веру. Инвалиды исцелялись, после того, как тот просто дотрагивался до них. Историй же, которые рассказывали на собрании про то, как бесы с криком бегут прочь, когда он молится, было так много, что всех и не припомнить. Вот если бы этого мужика сюда, он бы всех драконов утихомирил.

А кто он? Он всего лишь Виталик Краснов, что он может сделать?

Олег вдруг весь изогнулся, из его гортани вырвался стон. Он рухнул на пол в этот же миг, то же самое произошло со Светой, только та удержалась на ногах.

— Он зовет их, — Ира была бледна как мел.

— Их? Кто? — Виталик не знал, кому помогать.

— Саня! Каждый раз, когда мы ему нужны, он произносит какой-то бред, а внутри просыпается монстр, но в этот раз не у меня.

— Виталик, ты можешь помочь? — Олег чувствовал, что вот-вот живущий внутри бес овладеет и его телом.

— Да, но как? — Виталик встал на колени возле Олега и пытался вспомнить, что же он делал и что говорил, когда противостоял демону в первый раз.

— Не тронь его! — это уже была не Света.

Окна со звоном бьющегося стекла распахнулись, и шквальный ветер ворвался в комнату. В воздух с письменного стола поднялись бумаги и записи Регины Васильевны и закружили в непрерывном потоке ветра. Тюль сорвалась с карниза, стреляя в разные стороны пластмассовыми креплениями, и зависла под потолком зацепившись за люстру.

— Ты не сможешь противостать Арбахану, в одном его мизинце власти больше, чем в тысяче таких, как ты, — бес знал, что нужно говорить.

— Я тебе запрещаю говорить, лживое… — робкая речь Виталика была прервана.

— Да кто ты такой, чтобы запрещать мне? — от обрушившегося удара Виталик перелетел через журнальный столик и упал к дивану. — За последнюю тысячу лет я видал сотни таких не имеющих силы болтунов, — тварь, вселившаяся в Свету все больше свирепела. — Олег, владыка зовет тебя, или ты не слышишь?

Олег лежал на полу из последних сил борясь, чтобы его разум не был пленен снова. Свобода давалась ему нелегко. Если в ближайшие минуты ничего не произойдет, то он вновь попадет в ловушку.

— Именем Иисуса Христа, запрещаю тебе! — Ирина не ожидала, что сможет такое сказать, но тем не менее видеть мучения Олега было выше ее сил.

Это подействовало, Света перевела свое внимание на Иру.

— Ты бросаешь нам вызов? — говорила Света не своим голосом. — Кто не за нас — тот против нас! К кому ты перешла, к распятому Мессии? Ты думаешь, ты ему нужна? Ты грязная девка, опозоренная своим отцом и не раз…

— Замолчи! — из глаз Ирины хлынули слезы.

— Арбахан твой спаситель, он указал тебе путь к владыке легионов, он взял твою душу в свою обитель и дал свою силу, а ты его предаешь? — демон, сидевший в Свете, глумился над Ириной, которая, уже не имея силы, пала на колени. — Но и тебе есть прощение! Похули произнесенное имя Мессии, прими силу дракона обратно…

— Не делай этого! — Виталик пришел в себя.

Ветер разрывал комнату. Сервант ходил ходуном так, что весь хрусталь опрокидываясь, бился вдребезги, мебель падала, и даже довольно тяжелые вещи поднимались в воздух. Гроза словно ворвалась в дом и сконцентрировала здесь всю свою силу. Света вплотную подошла к Ирине и, схватив одной рукой за горло, подняла над землей. Это была фантастическая сила.

— Отпусти ее! Ты больше не можешь контролировать ее! Ирина, признай Иисуса своим Господином и Спасителем, и она ничего не сможет тебе сделать, — Виталик пошел в нападение.

— Похули или умрешь! — шипело отродье.

Ирина хрипела, едва не задыхаясь, а Света все крепче сжимала руку.

— Кто твой господин? — не унимался демон.

— Мой… гос-подин…, — еле хрипела Ирина, — Иисус Христос!

— Дура! — Света швырнула Иру об стенку и та упала вместе с картиной и полочкой для книг, прибитой к стене, — тогда умри, тварь безмозглая. Твой распятый двадцать веков назад Господин ничего не сможет сделать для тебя!

— Ты лучше нас знаешь, что Иисус живой и сегодня! — Виталик мог стерпеть обиду друзей и свою, но обида за Христа… — И ты знаешь, какая участь тебя ждет, поэтому тебе лучше отпустить Свету сейчас же.

— Тебе было мало? — демон двинул Свету в нападение.

— Я приказываю тебе выйти вон! — Виталик уже забыл чувство страха, и эти слова откинули Свету к окну.

— Не подходи, иначе я убью ее! — говорил демон. — Еще слово и я выпрыгну в окно…

— Не мучь ее, иди прочь! Оставь ее в покое!

Света вдруг стала ехидно улыбаться. Словно тиски, чьи-то сильные руки схватили Виталика. Это были руки Олега, у него не хватило сил дольше противостоять, и в бой вступил еще один демон.

— Что ты скажешь теперь, слуга Всевышнего? Вы уже не те, что первые из вас и конечно не такие, как ваш драгоценный Учитель. Вы никто! Этот мир и вся эта страна принадлежит нашему господину.

— Гореть тебе и твоему господину в огне вечном, эта страна будет принадлежать Христу! А ты убирайся прочь, так как мой Господь со мной, Он дал мне силу наступать на всякую силу вражью. И брань моя не против крови и плоти… — хватка ослабла. Олег, сотрясаясь и крича упал на пол, а Света попятилась к окну, — но против духов злобы поднебесной. И что свяжу на земле, будет связано и на небе! По обещанию Господа, изгоняю вас именем Иисуса Христа, пред которым склоняется всякое колено земных, небесных и преисподних, и нет выше этого имени ни на небе, ни на земле!

Виталику стало казаться, что реальность расплывается перед глазами. Он увидел как с криками и воплями из Олега выскочил демон, такой же, как и тот, что был в Ирине. А затем показал себя еще один, но он был словно внутри Светланы. Демон расправил свои огромные перепончатые крылья и кинулся в окно вместе со Светой. Подхватив девушку в воздухе, он понес ее куда-то вдаль, хотя со стороны казалось, что она летит самостоятельно — по необъяснимым законам физики…

* * *
В центре Нью-Йорка, где-то на уровне тридцатого этажа размещался огромный офис международной туристической компании. Несколько сотен сотрудников занимались продажей билетов в разные точки мира. Новые клиенты, контракты и заказы шли буквально каждую минуту.

Чтобы привыкнуть к лабиринту из рабочих столов, нагруженных техникой и деловыми бумагами и научиться находить свое рабочее место, новому человеку требовался, по крайней мере, месяц. С такой суматохой, шумом телефонов, звуками отбивания клавиш клавиатур и разноголосым гамом, не каждый мог смириться, но такова работа. Тихо было только в звуконепроницаемых кабинетах начальства, окна которых выходили на Манхэттен.

Таких кабинетов было всего десять, но рабочими из них были девять, что находится за десятой дверью — никто не знал. Иногда, самые любопытные наблюдали, что туда заходил вице-президент компании, но самого шефа не видел никто и никогда. Скорее всего, у него был отдельный вход, и все, что нужно для автономного существования.

Вот и сейчас взволнованный вице-президент пронесся по лабиринтам из своего офиса и скрылся за тайными дверями. Он сгорал от волнения: губы побелели, лоб покрылся потом, а дыхание участилось. Прошло секунд десять, прежде чем он смог сформулировать свое первое предложение.

— Мне нужно срочно внутрь! Открывай! — крикнул он человеку сидевшему за шикарным столом в директорском кресле при слегка сумеречном освещении. — Красная тревога!

“Директор” оторопел, но быстро справившись с замешательством, нажал кнопку под столом и без промедления вернул руку в привычное положение, положив ее на рукоять крупнокалиберного револьвера. По сигналу кнопки стенной шкаф, уставленный книгами сверху донизу, раскрылся. За ним появился вход в коридор — светлый и, как казалось, тупиковый.

— Неужели красная? — переспросил “босс” прежде чем “буревестник” скрылся за дверями.

— Да красная! Так что надо сматываться, федералы уже едут!

Потайной ход закрылся, а “босс” не в силах понять происходящее, тупо уставился в монитор. Среди множества иконок на панели задач загорелась новая, сигнализирующая о новом сообщении. Открыв почтовую программу он ничего не обнаружил, нажал странное сочетание клавиш и на экране появилось окно входа в “МАКС-сеть”. Пальцы быстро набрали привычный логин и пароль, открыв доступ к его персональная странице в “МАКС-сети”. Да, пришло одно сообщение.

“Привет, мой дорогой МАКС!
Я знаю, что это ты посвятил дядю Сэма в наши тайны — я не виню тебя. Когда-нибудь ты все равно сделал бы это… И хорошо, что сейчас, когда я в силах это выдержать. Скорее всего, ты уже узнал о моих развлечениях в гостинице и парке. Журналисты всегда любят окрасить все в мрачные тона.
Как бы то ни было наши дороги разошлись. Тебе, как оказалось, больше не нужна твоя Тень, а мне мой старший брат, так что я думаю, ты сильно не обидишься, если я открою родовое гнездо. За меня не переживай, я собираюсь получить все наследство, так что ты мне уже не нужен! Ни ты, ни другие мои братья. Чем нас меньше, тем лучше. Я уже знаю, где искать Первого, я даже знаю, что это Мирооу. Удивлен? Я знаю…
Ну вот и все, по моим подсчетам, того времени пока ты читал мое письмо вполне достаточно, чтобы червь, которого ты получил вместе с ним, уничтожил твою систему охраны. Когда ты дочитаешь эти бредни, я буду иметь всю информацию о местонахождении братьев.
P.S. Встречай гостей, дети дяди Сэма уже едут к тебе”.
“Босс”-охранник никак ни мог понять, как удалось взломать их систему охраны. Она была толще вавилонских стен, но видно и в них была какая-то малая трещина, из-за которой рухнуло все.

— Ну, Тень! Ну, падла! — выругался он и сорвался с места.

Он был готов к красной тревоге, хотя ее никогда прежде не было. Нажатием одной клавиши взрыв уничтожил все бумаги в специальном сейфе. Комбинация клавиш и началось полное удаление данных с компьютера. Для верности он включил устройство, выводящее из строя жесткий диск, запустившееся сразу после удаления файлов.

Револьвер.

Кейс.

Связка ключей.

И под вой сирен полицейских машин он скрылся за тайной дверью-шкафом ведущей в странный тупиковый коридор.

* * *
5. Иннокентий * * ** — полиглот, ядерщик-конструктор.

— Наверное, самый странный тип из этой группы, — продолжал рассказ Скуратов. Союзники покинули кафе и теперь вновь пребывали в ожидании самолета из Киева, устроившись в креслах зала ожидания. — У него всегда при себе была взрывчатка. Он ее прятал, вы не поверите где, — Скуратов даже покраснел, — и поэтому, когда его проверяли раздев донага, не нашли ничего. Умелец что надо, хотя как мне кажется, он был больной. Знать десять мертвых языков и более тридцати существующих ныне, не считая наречий разных народов и племен, и при этом не поехать крышей, по-моему невозможно. К тому же, он был одним из разработчиков ядерного оружия.

Касательно его смерти — он был убит бомбой, спрятанной в нем же. Увидев “мстителя”, Иннокентий кинулся на него и взорвал себя. Погибли все, кто был в радиусе ста метров, — Скуратов добился своего — лицо пастора побледнело, на что рассказчик улыбнулся и добавил, — в частности коровы. Хорошо, что это было в одном из сел Подмосковья, а не где-то в центре города. Но как мы знаем, “мститель” каким-то образом остался жив.

— Я тебе расскажу каким… — поняв, что долго он молчать не сможет, начал Виталий. — Этот “мститель” — существо из другого мира. Точнее оно когда-то был таким как я и ты, но не менее тысячи лет тому назад. Он был одним из лучших полководцев Египта.

— Египта? — Скуратову казалось, что собеседник решил подшутить над ним.

— Именно. Как я понял из разговора с ним, он воочию видел выход Моисея из рабства.

— Подождите, я запутался малость. Египет, времена Моисея, вы говорили с ним… Вы что разговариваете с духами…

— Да нет же, — Новак рассмеялся. Трудно будет объяснить все то, с чем он сталкивается последние почти двадцать лет… Но разложив все по полочкам и рассказав пару историй из прошлого, он сможет привести своего нового друга к пониманию духовных законов, которые безукоризненно работают как на небе, так и на земле.

— Ладно, кто он тогда?

— Говорю же, я сам точно не знаю, но он существо духовное, каким-то образом имеющее возможность принимать физический облик. Знаю также, что зовут его Сипталех. Я перерыл все справочники восточных языков и египетской культуры, ну нигде не нашел чего-либо похожего, — Новаку было неприятно об этом вспоминать. Нужно было сменить тему, и он задал вопрос тоном, не дающим возможности его проигнорировать. — А это кто?

— А это еще один герой своего времени…

6. Вадим Транев — кибертехнолог.

— Первые роботы, способные подобрать код из десяти цифр за считанные секунды, были сконструированы именно им. Эти машины долгие годы занимались расшифровкой данных для разведслужб. Программы, написанные им для машин были покруче нынешних операционных систем. Кто бы только мог подумать, что уже в то время Россия имела компьютеры, правда не современные, но все же со своими задачами они справлялись четко. Если вы сегодня спросите кого-то, знает ли он Транева, никто вам не ответит, хотя все спецслужбы знают его программу “Искра”.

Так вот, этот парень был убит на глазах у своей жены, в селе, в доме родителей. Он пошел проверять по радиостанции очередную волну смерти. Станция у него где-то в огороде была спрятана, а жена пошла за ним следом. Как именно это произошло — непонятно, так как вся память была стерта, словно запись с видеокассеты. Гипноз тоже ничего не дал.

— Гипноз? Не знаю как ты, но я скептически отношусь к гипнозу, — прокомментировал Новак.

— Я тоже… Но это единственное, что могло спасти всю команду.

— Что ты имеешь ввиду?

— Предательство, которое совершил мой отец…

7. Анатолий Скуратов — специалист по паранормальным явлениям.

— Мой отец сразу после окончания психологического факультета попал в закрытые службы Советского Союза. Матери было всегда непонятно, как человек, который мог часами говорить об истории и археологии, заинтересовался совершенно другим.

Но история осталась для него хобби, его потянуло к неизведанному. Он часто говорил, что все это связано… Может, он и рассказывал больше, но я был слишком мал, чтобы все это запомнить.

Так вот, он проводил всякого рода эксперименты, связанные с человеческой памятью, в частности, изучал природу частичной и полной амнезии. Тема гипноза была его любимой. Не знаю, каким образом, он достиг этого, но он научился контролировать человеческий разум. Я понимаю, что вам как настоящему христианину, неприятно об этом слушать. Как не было приятно вашим родителям, но они пошли на это.

Дело в том, что по возращении из “командировки”, ему приказали стереть из памяти всех членов команды, воспоминания связанные с экспедицией. Все догадывались, что после этого моего отца убьют, чтобы он уже не смог восстановить им память. Да и потом, он бы не смог стереть своих собственных воспоминаний.

Вы еще не запутались?

— Пока нет, но я очень близок к тому, чтобы потерять нить рассказа… — Новак напрягся.

— Постараюсь помедленней. Так вот, кроме того, что он стер память, всю группу после этого проверили на детекторе лжи. Тест показал, что все в порядке. Только на самом деле гипноз был другим — это была временная амнезия и через определенный промежуток времени память должна была вернуться к каждому.

Потом все разбежались и разъехались. У каждого был свой дневник или записи, для того, чтобы быстрее восстановить память. И как я понимаю, кому-то, кому была поручена “пустынная Библия”, была сделана полная амнезия. Получается, что твоим родителям. Исходя из записок я понял, что у них была цель выбраться за границу в Париж. Там, якобы в безопасности, мой отец должен был вернуть память профессору Андрею Новаку, номер восемь, и медику, математику и профессору Ксении Новак, номер девять, то есть вашим родителям.

— Я получил от матери письмо, как оно дошло я не знаю, в котором они с отцом рассказывают все. Точнее, все, что можно рассказать на одном листочке в клеточку. Когда я показал это письмо, они быстро собрали вещи, и мы из Питера переехали жить сюда, в провинциальную часть Украины. Скорей всего, тут мы должны были дождаться нашего проводника, который перевез бы нас через границу.

— И все таки вы должны мне подробно рассказать о всех событиях той осени, я настаиваю.

— Да, только в начале я хочу узнать до конца об остальных членах команды.

— Хорошо, их осталось всего четверо… Хотя это нечестно: я рассказал вам достаточно, чтобы узнать хотя бы начало, — Скуратов улыбнулся, шантажируя пастора.

— Поверь, я все расскажу, только давай закончим, — обрезал Новак. — Подожди, их осталось не четверо, а пятеро, их же всего четырнадцать?

— Да, но пятый — темная лошадка, я к нему вернусь позже, — повторил Скуратов с той же интонацией, с которой ему уже не раз отвечал Новак.

10. Марина Кондрат — археолог, знаток манускриптов и древних письмен.

Они были отличной парой — Иннокентий, чьей фамилии мне так и не удалось найти, что был полиглотом, и она. Да, именно Марина нашла эту Библию. Вы читали об этой женщине в той сумасбродной статье. Между прочим, я выкупил все до единой странички, что та бабка продала в газету. Её личный дневник — главный источник всех моих знаний об этом деле. Правда, большая часть дневника написана каким-то шифром. Очень похоже на смесь языков, без ключа эти записи не разобрать.

О ее смерти. Инсценировали самоубийство. Бабка об этом ничего не сказала в газете, это я у нее сам выпытал. Говорит, что видела в замочную скважину, как Марину выкинули из окна, а бабке сказали, что та пыталась бежать и выпрыгнула. Главный требовал у нее записки, но бабка прикинулась дурой и… дальше вы все знаете.

11. Евгений Котов — профессор теологических наук.

— Вы удивлены? Я тоже. Считается, что в то время таких людей не существовало. Однако при коммунистическом, пропитанном атеизмом строе, были специалисты и такого плана, просто этому не учили всех желающих. Они должны были исследовать всевозможные религии и находить способы борьбы с ними. Главной мишенью, конечно же, было христианство. Ведь Библия содержала и содержит по сей день столько секретов, что если раскрыть их до конца, они смогли бы обогатить любую нацию.

Мне кажется, что именно он собрал эту экспедицию. Потому что его, как ни странно, убили в числе последних. Наверное, они не могли поверить, что он был причастен к укрыванию улик.

Котов был их путеводителем по истории. Он изучал книгу Бытие шесть лет только с одной целью: установить точное местонахождение рая.

— Но ведь это утопия. Невозможно войти в рай просто, как в парк общественного отдыха. Да и потом, не одна тысяча лет прошла. Рай если и остался, то только в невидимом для нас мире.

— Поговаривают, господин Новак, что вы иногда видите этот мир…

— Так вот куда ты клонишь! — Виталий Андреевич готов был даже обидеться. — Твой мафиози хочет использовать меня вроде очков ночного виденья. Да, я имею такой дар, но он зависит не от меня. На самом деле я иногда вижу духовный мир, но не всегда это распрекрасный сад полный фруктовых деревьев. Это мир постоянной войны. Даже сейчас, пока мы тут сидим, вокруг вас то и дело шныряют гнусные твари, если бы вы их увидели, ваши волосы стали бы белее снега, а о греховных мыслях забыли бы на всю жизнь.

— Простите, я не хотел вас обидеть, Виталий Андреевич. Мой, как вы его называете “мафиози”, даже не знает, что я к вам поехал. Я на самом деле не совсем честный человек. Откровенно говоря, я веду двойную игру: он мне дает деньги, а я ему пока только часть информации. Совесть меня не осуждает. Кроме всего, я пытаюсь узнать его интерес в этом деле. Вот вы, в отличии от него, знаете все, что у меня есть, а будете вы мне верить или нет — это только ваше дело.

Новак задумался, снова присел в то кресло, с которого впопыхах вскочил, и, уткнувшись носом в сложенные ладони, стал торопливо говорить:

— Прости меня, в последнее время я так часто доверял людям и был разочарован, мне всегда хочется быть искренним, всегда хочется помочь, но почему-то это часто заканчивается тем, что люди извлекают какую-то гнилую выгоду. Если бы ты только знал, с какими просьбами мне звонят. Я понятия не имею, откуда у них берется номер моего мобильного телефона. То ревнивые супруги пытаются узнать, не вращается ли какой-нибудь дух блуда вокруг их благоверных, и не добивается ли он успеха. Между прочим, огромные суммы предлагают. То просят предсказать номер билета на экзамене, то и вовсе шесть номеров в дурацкой лотерее. Они поголовно убеждены, что я срываю джек-пот каждую неделю, — Новак улыбнулся. — Если бы так, я был бы самым богатым человеком в мире.

Вообще подобного рода просьбы обижают Бога. Я не знаю, честно не знаю, как мне открываются разные вещи: просто приходит знание того или иного. И я понимаю, что если не поделюсь этим, то груз знания раздавит меня. Иногда Бог не хочет, чтобы я об этом говорил, а шел и молился, и только тогда тяжесть проходит.

Духовный мир — это что-то особенное. Иногда я думаю, как бы мне было просто приходить по воскресеньям в церковь: попеть песни, прослушать проповедь и опять уйти в свой “мирок”. У Бога другой план, и я согласен с Ним. Быть пастором очень ответственно, а быть пастором последнего времени и пользоваться дарами Духа Святого еще ответственней. Нет права ни на одну ошибку, ни на один неправильный шаг. Даже там, где не видят люди, видит Бог.

Анатолий, открою вам тайну, я такой же человек как и все: я ем, мне нужен душ и сон, у меня две руки и две ноги, только во мне нет меня самого. Я убил себя. Не пугайтесь, я не сумасшедший, я просто распял свое “Я” на кресте вместе с Христом. Может вам это кажется безумием, но я уже ничего не делаю сам, ни единого собственного решения.

— Знаете, звучит как-то фанатично, но я понимаю, о чем вы говорите, — Скуратов был удивлен столь внезапным откровением собеседника.

— Я рад, мой друг, теперь может вы поймете, что я ничего не смогу сделать для вас, если прежде не получу указания от Господа.

— А все же, как вы думаете, существует ли этот рай на самом деле или все эти попытки напрасны?

— Смотря, что вы считаете раем?

— Место, где растет дерево, дающее способность жить вечно. Вы знаете сказку о молодильных яблочках?

Виталий Андреевич скривил лицо, выражающее полнейшее непонимание.

— Ну, это старая сказка, подобные ей есть в культуре каждого народа. Это история о том, как старый отец послал сыновей разыскать чудный плод, дающий здоровье и молодость.

— Но ведь это всего лишь сказка.

— Да, но все сказки рождаются на каком-то основании. И потом, я не думаю, что Советский Союз основывался только на сказках, скорей всего они имели, что-то большее, но начало их теории в мифологии, а точнее в Библии.

— Анатолий, у вас просто каша в голове, я каждую минуту вижу в вас другого человека. То вы борец за свободу, то сами одержимы нереальной идеей для живущих на Земле людей. Мне казалось, что вы хотите узнать правду о проекте “Парадиз”, а не начинать свой собственный.

— Поймите меня, невозможно занимаясь таким делом всю свою жизнь, не поверить в то, что источник вечной жизни есть на земле, а не где-то там, куда попадают только после смерти.

— Понимаю, вся моя жизнь тоже связана с этим, и при этом у меня обратное желание. С того момента, как наша семья занялась этим проектом, у нас одни неприятности. Я знал, что рано или поздно эта глупая идея поиска рая появится у кого-то снова. Пойми, уже была одна экспедиция — четырнадцать лучших, которые его не нашли.

— Может быть, нашли, просто вы об этом не знаете.

— Я не желаю больше об этом говорить, это не приведет ни к чему полезному, лучше расскажи об остальных.

12. Николай Поляков — геолог.

— Ему было лет сорок пять. Все мои бумаги собраны с самых разных источников, и точную достоверность я гарантировать не могу, но вот, что о нем писала Марина-языковед. Это записано еще до зашифрованных страниц:

“Когда мы оказались по ту сторону реальности, первым, кого я увидела был Коля. Правда, я его сначала не узнала, я привыкла видеть его лысоватым с седеющими остатками волос, но сейчас никто не дал бы ему и сорока лет. Морщины разгладились, волосы стали густыми и шелковисто-черными как у Степы, да и хромота его куда-то пропала.

Позже я поняла, что перемены произошли не только с ним…”

Скорей всего, эти изменения были вызваны средой, в которую они попали, точнее в которой они заблудились. Не знаю как объяснить, но из записей самого Полякова видно, что это было либо другое место, либо другое время. Это подтверждает теорию, что они были в прошлом.

Вот отрывок из отчета написанного им в штаб-квартире КГБ перед удалением памяти:

“Спустя два дня хождений по пустыне мы стали видеть миражи. Они-то и водили нас по кругу, пока мы обессиленные не сдались. Мы готовы были умереть… Что произошло дальше я точно не помню, мы словно попали в один из таких миражей, а очнулись уже ночью.

Почва радикально изменилась — из песка она превратилась в плодородный чернозем. Вокруг росли высокие и зеленые деревья, что совершенно не свойственно для этой области. Мы будто оказались в другом месте, перенесясь во время забытья.

Самое интересное то, что воздух был довольно влажным, и эта влага действовала необычно, придавая бодрость и силы”.

— Ну что вы теперь скажите, пастор?

— Все очень-очень странно, мои родители мне ничего подобного не рассказывали. Хотя я точно помню эпизод встречи с левиафаном, но где это было, по дороге в Ирак или же в самом Ираке? Я не знаю.

— По дороге? Я думаю, они добирались на самолете.

— Нет, напрямую тогда не совсем было удобно лететь, назревал конфликт с Афганистаном, и там не очень радостно встречали русских. Поэтому путь пролегал через море, точнее моря.

— Такой огромный крюк? Это надо было проплыть полмира.

— Мне кажется, что их путь по морю лежал до Сирии или Турции, так как они отправлялись из Одесского порта. Обратно они плыли из Стамбула, это то немногое, что мне известно об их маршруте.

— Ну, хорошо, возвращаясь к встрече с этим существом, вы думаете они были около одного из озер?

— Я сотни раз просматривал карты, пытаясь представить в какой из рек могло прятаться это чудовище или, как ты правильно говоришь, в каком из озер. Была бы перед нами карта, я смог бы объяснить наглядно. Мне кажется, что они сбились с пути около реки Тигр.

— Нет ничего проще, я могу найти в интернете, — и Анатолий принялся рыскать в поисках атласа. — Но с ними был мастер по картам, так что вряд ли они заблудились, скорее наоборот — нашли правильный путь.

13. * * * Семенович * * * картограф. Эта та самая темная лошадка.

Ничего, ни имени, ни фамилии, будто его и не было в команде. Я только по дневнику той же Марины смог обнаружить его существование. Все его называли Семенович, наверное, он был старший из всех. Мой “мафиози”, как вы его называете, нашел где-то фотографию этого типа. Я проверил ее по всем архивам — нигде никого похожего. Он, скорее всего, был евреем по национальности, это не на сто процентов, но это мое предположение, опять же исходя из моих записей. И он был дружен еще с последним членом команды, который остался в Ираке.

— Как это остался? Он жив? — Новак не думал, что еще что-то может удивить его в этом деле.

— Нет, он погиб там при неизвестных обстоятельствах, но интересный факт — он тоже был евреем, но только по отцу и кроме научных степеней был еще мастером спорта по плаванью. Не знаю, зачем он бросил свои кандидатские работы и кинулся туда, ведь он был ученый и при этом специалист.

— И неплохой пловец, наверное не так-то легко в один миг поменять направление в жизни, а как его звали?

14. Валентин Троицкий.

— Он мог выжить абсолютно в любой среде. Наверное, поэтому его и включили в команду. Он единственный умер в экспедиции. Еще я знаю, что вся его семья жива и поныне, их это горе не коснулось.

— Ага, вот и карта, не атлас ленинской библиотеки, но все же подойдет.

Новак подсел поближе к монитору и принялся излагать свою теорию маршрута экспедиции, которая свела их вместе — совершенно разных, и в то же время имеющих много общего.

* * *
Около аэропорта Борисполя утих вой сирен, и только усиленная охрана свидетельствовала о проишествии. Ожидающие своих рейсов наконец-то отправились в пункты назначения, а вновь прибывшие стали проходить таможню быстрее, чем это было час назад.

Тем не менее каждый пассажир проходил тщательный досмотр и сверялся с с фотографией странного человека, в считанные секунды расправившегося с охраной аэропорта, при этом забрав облик одного из них. Молодым солдатикам, стоявшим сейчас в оцеплении по периметру аэропорта, конечно же, не рассказывали всей истории. Им просто дали фотографии с распоряжением “Взять живым или мертвым, в случае сопротивления открывать огонь”.

Один из пареньков был на таком задании впервые. Ему было всего девятнадцать. Огромные мечты — после армии поступление в юридический институт будет не таким сложным, а если повезет, то сразу пойдет работать в милицию. Быть следователем это чудесно. Хорошая зарплата, жилье, да еще длительный оплачиваемый отпуск — ради такого стоит пострадать два года в гвардии. Потом, ведь не каждому так везет — армия для избранных или для таких как он, у которого дядя полковник.

Он расхаживал по аэропорту, чтобы убить время. Им даже не дали нормально поесть. Да и в туалет он, по правде говоря, сходить не успел. Перед обедом прозвенела тревога, их всех собрали в автобус и привезли сюда.

Кажется, сейчас на него никто пристально не смотрит и он может отлучиться. Не спеша, словно обходя периметр, он направился к комнате с большой буквой “М” на дверях. Перевесив автомат за спину солдат принялся возиться с камуфляжем, который будто был застегнут на сотни пуговиц.

За спиной послышался шорох. В доли секунды автомат был уже в его руках и направлен в сторону шуршания. Из-за дверей одной из кабинок донесся хрип, словно кто-то задыхался. Посмотрев вниз, он увидел ноги, которые судорожно елозили по кафельному полу. Думать некогда!

Ударом ноги он открыл кабинку и увидел, как сидя на крышке унитаза, от страшных судорог извивался мужчина. Его лицо было обезображено от боли. Он сильно откашливался мокротой с кровью. Глаза были закрыты, а зубы издавали скрежет.

— Что с вами? Вам плохо? — солдат бросил автомат и кинулся к бедолаге.

Он даже не успел подойти достаточно близко, как вдруг глаза человека открылись, и в моложавого солдатика впился цепкий взгляд. Тотчас же крепкие пальцы правой руки сдавили горло рядового.

Когда он понял, что лицо мужчины приобретает облик того самого человека, которого они ищут, было поздно звать на помощь — он почувствовал, как что-то острое вонзилось в живот. Лицо нападающего, искривленное странными судорогами, стало мутнеть в его глазах, пока вовсе не исчезло.

Рядовой с каменным лицом, поправив одежду, вышел из дверей туалета с автоматом наперевес и твердыми шагами направился к центральному выходу. Казалось, он задался только одной целью — покинуть здание аэропорта. Он шел, не обращая внимания на суету и не заметив то, что чуть не сбил старшего по званию. Его интересовал только выход.

— Рядовой, внимательней! — отреагировал капитан взвода, удивившись что, тот даже не извинился, но решил разобраться позже.

Капитан еще раз посмотрел вслед спешившему парню, а сам скрылся за дверями с большой буквой “М”. Он подошел к длинному ряду умывальников, над которыми во всю стену висело громадное зеркало. Он умылся, набрал в рот воды, сполоснул его после съеденного хот-дога и не успев выплюнуть, увидел в отражении того самого рядового в одном нижнем белье, с бледно-синим лицом и без сознания. Тот валялся на кафельном полу напротив кабинки.

Он проглотил воду, вместо того чтобы выплюнуть и, помедлив не более двух секунд, кинулся действовать.

Агента уже и след простыл. Капитан летел, распихивал всех локтями, пробиваясь вперед. Он орал в рацию так, что его слышали все подчиненные и без нее. Опять началась паника, а давка стала еще сильнее. Кто падал на пол лицом, кто прятался под кресло, а самые любопытные смотрели во все глаза.

Все было словно в голливудском боевике. Солдаты и охрана догоняли якобы молодого солдатика, который принялся бежать, когда понял, что шумиха поднята из-за него. Рядовой выскочил во двор, резко повернулся и открыл огонь из автомата по своим товарищам.

Стрельба привела к еще большему переполоху. Пули попадали в витринные стекла центрального входа, которые разлетаясь брызгами, осыпали зевак осколками,. Были ранены несколько пассажиров и человек пять из гвардии.

Выстрел снайпера прекратил автоматную очередь. Молодой солдатик сначала упал на колени, а потом повалился набок, насмерть сраженный в голову. Санитары сразу кинулись к раненым, а капитан дал указание прекратить наблюдение и привести в порядок ситуацию в аэропорту. Сам подошел и присел около тела странного террориста. Он готов был поспорить на миллион, что это тот самый рядовой, которого он “растил” целый год.

Как произошло перевоплощение он не знал.

Затем капитан встал и направился к выходу из аэропорта, размышляя над тем, как поскорее прекратить царящий тут хаос. Его мысли перебил молодой подопечный.

— Товарищ капитан, так вы вернулись? — спросил он, не скрывая удивления.

— Откуда?

— Я видел своими глазами как вы сели в джип пару минут назад и, отдав указание, уехали.

— Какое указание? — он не мог понять, о чем говорит этот побледневший мальчишка.

— Вы сказали всем оставаться здесь, машины отправили в часть, а сами поехали в другую сторону.

— С тобой все в порядке?

— Да, товарищ капитан, простите я, наверное, не понял вашего плана.

— Какого плана? Ты что пьян? О чем ты лепечешь?

— Простите, такого больше не повторится.

В этот момент к капитану подбежал сержант и отрапортовал:

— Ваше указание выполнено!

— Да что с вами? — капитан терял терпение. — Какое еще указание?

— Подать вертолет на школьную площадку Борисполя, он будет там через пару минут.

Капитан замер и, поняв в чем дело, кинулся к туалету.

Тела удушенного рядового, конечно же, не было. Только использованный шприц, небрежно брошенный за унитазом. Это был отличный трюк, они погнались за настоящим солдатиком, а преступник остался здесь и каким-то образом перевоплотился в несчастного военного.

Капитан гвардии был взбешен! Теперь убийца заполучил его облик… Мчится в его военном джипе к вертолету… И к тому же, этот наглец командует его подопечными…

— Не дайте ему сесть в вертолет, — отдал он четкое указание в рацию.

— Кому?

— Как кому… мне, — это было похоже на безумие. Он бы еще отдал распоряжение пристрелить двойника, так эти зеленые солдаты уложат его настоящего. — Ладно, отбой, срочно найдите мне машину.

Он бежал, чтобы не упустить самого себя. Уже у входа его остановил медэксперт и сказал всего пару слов, еще более прояснившие картину.

— Этот рядовой был под воздействием неизвестного наркотика, я такой химической реакции еще не видел. Я нашел место укола, это был живот… Наркоманы сами себе колют по-другому, а этот препарат был введен насильно.

Это придало еще больше ярости, и капитан ринулся к первой попавшейся машине.

Все книги

Назад Содержание Дальше